Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

ЕСЛИ ВЫ ЗАБЫЛИ ПАРОЛЬ,  А ПИСЬМО ДЛЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ ПАРОЛЯ НЕ ПРИШЛО - СООБЩИТЕ ПО АДРЕСУ   kedrofka@yandex.ru

Автор Тема: Голос и его Сила  (Прочитано 6562 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Lesnik

  • Гость
Голос и его Сила
« : 09 Август 2013, 01:07:05 »

В Текстах Серкина имеется упоминание об особом голосовом воздействии которое имеет коллосальный эффект в том числе и боевого применения )))

Вот текст который,как мне видится весьма подробно раскрывает эту практику,причём весьма многогранно раскрывает. Интересно написано,и что радует Просто и с Юмором )

---------------------------------
Когда мы с Поханей ходили в лес, он учил меня
айкать. Для меня это было интересно, потому что очень сильно напоминало те звуки, которыми охотники посылали за зверем гончих, когда я еще охотился. В айканьи употребляется всего четыре слова: ай, ой, эй и поть. Из них создается весьма своеобразная мелодия. Начинается с громких повторяющихся: "Ай-Йай-Йай",- потом ты начинаешь частить,- "йа-я-я-я-я-я-я-я",- и без перехода выходишь на "Е-аааАааАааАААЙИ". Переборы в конце, которые я попытался передать чередованием прописных и строчных букв, означают своеобразный горловой перелив. Именно горловой, и Поханя неоднократно это подчеркивал, что его задача вообще – раскрыть горло. "Ой" поется сходно, только с тем отличием, что имеет свойство в конце переходить на ту же третью часть, что и у "аи". Эй;' поется примерно по той же схеме, что и "аи", только сильно сокращая первую часть и почти сразу переходя к короткому перебору. "Поть" же состоит из двух частей. Сначала долгий перебор: "Поть-поть-поть-поть-поть-поть",- а потом сходное с завершением "аи" горловое: "По-о-О-о-О-о-О-о-О-О-О-ТЬЭ". Другим названием для этого было "посыл".

Обычно он заставлял меня айкать, когда мы еще только выходили за деревню и шли полями. Это жутко неудобно, и я не мог это делать без смеха. Все время казалось, что кто-то услышит и посмеется. Тогда Поханя заставил меня
каркать в ответ любой пролетающей или каркающей вороне. Я не сразу оценил это упражнение.

Пока бы вдвоем, гораздо легче издать любой "неприличный" звук, то есть звук, за который другие люди тебя могут осудить. Вдвоем у тебя всегда есть возможность оправдаться тем, что вы дурачились. Когда ты один, такое оправдание для тебя не существует. Нельзя дурачиться в одиночку. Дураком можно быть только в обществе других людей. Не задавались вопросом, что значит дурачиться?..

Когда я попробовал каркать в одиночестве, просто идя по лесной дороге, это стало потрясением. Горло мое буквально перехватывало чем-то, крутило в узлы, сжимало, звуки не шли, все время казалось, что сейчас из-за ближайшего поворота или просто из-за деревьев выйдет кто-нибудь и неодобрительно на меня посмотрит, а то и хуже!.. Только стоящая перед глазами картина того балагана, который из карканья устраивал сам Поханя, поддерживала меня. А он мог завестись и так раскаркаться, что все окрестное воронье тучей кружилось вокруг нас или же следовало за нами всю дорогу, перелетая с дерева на дерево. В одиночестве же в первый раз мне потребовалось часа полтора, не меньше, чтобы у меня получилось хорошее карканье, чистый горловой звук с опусканием в сердце, ярло и живот. Впрочем, карканье вещь сложная и, в зависимости от задач, которые ты перед собой ставишь, может перейти и в небный звук.

Однако обучение всему этому шло как бы походя, и только после моей просьбы научить духовному пению Поханя заговорил о ядрах сознания. Сказав мне в ответ на просьбу, что "сердцем я свечу" и, следовательно, помех нет, он словно усомнился в своих словах через какое-то время и сказал, что придется учиться
вабить.

– Конечно, ты светишь, и сердцем и ярлом… но, если петь,

тут еще сила нужна…

Что такое
вабь, я знал еще по охотничьим временам. Вабить – это выть волком, чтобы подманить его. Но самому мне этого пробовать не приходилось, поэтому я буквально зажегся от интереса:

– Когда?

– Да хоть сегодня ночью!- ответил он, и они оба с тетей Катей засмеялись, глядя на меня,

– А ты знаешь, чего она смеется?- спросил Поханя.- Она ведь тоже вабит. Мы с ней еще и до войны, и после войны охотникам помогали, волков вабили.

– Тогда ж волков-то у нас много было,- закивала она в ответ на мой удивленный взгляд,- Зимой так прямо опасно было, до Коврова можно было живым не добраться…

– Моя Катя, вишь, в бою науку проходила!- еще раз засмеялся Поханя.



ВАБИТЬ

К вечеру мы втроем ушли в лес довольно далеко от деревни. Поханя выбрал интересное место – участок полузаросшей лесной дороги, подымавшейся на холм. Там, наверху, в сторонке от дороги мы расположились, развели костерок, сварили чайку, в который тетя Катя побросала каких-то трав "для смягчения горла", и стали ждать луну. Они все посмеивались, что в округе опять будет множество разговоров о волках после этой ночи. Я лежал на старой фуфайке возле костра, а они привычно хозяйничали. Чувствовалось, что им приятно было вот так вот снова сходить в лес, посидеть у костра, можно сказать, тряхнуть стариной. Было тепло и очень спокойно, и все это случилось благодаря мне. Мне это все ужасно нравилось.

Как только сумерки более или менее определились и сквозь верхушки деревьев проглянула почти полная луна, Поханя кивнул тете Кате, а потом пихнул меня в плечо:

– Ну, подите. Поучись сначала волчицей…

Мы отошли с ней на дорогу. Я с любопытством наблюдал за бабкой: вабить – это совсем не женское дело, по моим охотничьим понятиям. Она поставила меня справа от себя, чуть сзади, велела слегка подогнуть расслабленные колени и "отпустить", как они это называли, живот. Я расслабился и вошел в ее сознание.

Она немножко присела, обвисла, поднесла ладони ко рту и, словно подхватив что-то с земли, вдруг издала одновременно гудящий и воющий звук, начавшийся довольно тонко, потом погрубевший, словно расширившийся и легший на землю, а потом снова медленно и долго утоньшающийся почти до звона, и так и отпустила его протяжной длинной нотой в сторону луны. У меня всю кожу стянуло мурашками…

Она постояла, слегка покачиваясь, и раз за разом провыла волчицей еще трижды. Где-то в деревне залаяли собаки. Меня знобило.

– Пойдем, погреемся,- предложила она, улыбнувшись, и перекрестилась. Я с удовольствием сбежал к костру.

Мы посидели у костра, попили чайку. Меня отпустило, и Поханя велел мне попробовать повыть самому.

Мы ушли с тетей Катей на прежнее место, она показала мне, как стоять, как подносить руки ко рту, как пускать звук сначала по земле, а потом вскидывать его вверх к луне.

Я попробовал несколько раз и с какого-то мгновенья начал "чуять звук" – он заполнял сначала всю грудь, а потом подымался, но не в рот и не в горло, а словно бы в голову, и даже зубы звенели, когда задевали друг друга. Я даже поймал себя на мысли, что боюсь, как бы эмаль у зубов не рассыпалась.

Тетя Катя и сама еще несколько раз показывала мне вой, чтобы подправить и подстроить меня. Потом сказала:

– Хватит пока, лишку бы не было.

Меня действительно слегка мутило, и словно плыло что-то в голове. Мы вернулись к Похане.

– Ну что, Кать, натаскала нового вабильщика,- засмеялся он,- потянет на охоте?

– Да, поди, потянет,- улыбнулась она.- Волчицей. Меня почему-то слегка задело, что я оказался в какой-то

женской роли, хотя можно ли применять в том мире эти понятия?.. Пока я размышлял об этом, старики предались воспоминаниям о старых временах, и я отвлекся, хотя и решил напоследок, что обязательно научусь выть самцом. Кстати, так и не научился… Поханя прекратил свои охотничьи байки только когда меня отпустило и предложил:

– Ну, ладно, а матерого хочешь? Я просто молча поднялся.

– А силенки хватит,- спросил он, вглядываясь во что-то во мне.

– А хватит?- переспросил я, отдавая ему право самому определить это, потому что действительно не имел понятия, сколько мне потребуется сил и на что.

Он подумал, потом предложил:

– Ну, давай еще немножко поговорим. Вот ты свет держать можешь в сердце…

Я тут же вспомнил то самое "моление Световидово" и "зажег сердце". Поханя кивнул, глядя в меня:

– Ну, да. Это ты его зажигаешь… а можно гуднуть – звучать, то есть, заставить. И при пении сердечном сквозь него гудут, и при вабеньи. Ну, это, конечно, зависит от желания. Если волка подманить, можно и горлом… молодых, например. А вот если обернуться… да и просто других в пении удержать, чтобы не выпадали, тоже гудеть надо и сердцем и ярлом.

– Погоди, Поханя,- прицепился я,- ты сказал обернуться?..

– Обернуться?- он сделал вид, будто не помнит или не понимает меня.

– Обернуться, обернуться!- настаивал я.

– Ну, ладно, потом… много чего старые люди рассказывали… потом. Может и сказал. Ты сейчас голос раскрывать пришел, так вот смотри, сердцем гудишь вот так,- он загудел, но тут же прервал, указав пальцем на горло,- Я начну отсюда и поведу вниз,- он провел пальцем по срединной линии груди до солнечного сплетения,- А ты следи в своем теле.

Он загудел. Сначала я просто слышал его гудение, потом вдруг почувствовал дрожь в собственном горле. Он набрал воздуха и еще подержал гудение здесь. Затем он начал медленно опускать палец с горла на грудь, и я действительно увидел, что звук начал опускаться в его теле вместе с пальцем. И что меня поразило, дрожь в моем теле тоже стала опускаться. Неожиданно для самого себя я открыл рот и стал негромко гудеть вместе с ним. Он кивнул мне, не останавливаясь. Звук медленно опустился за грудную кость и пришел как раз в то место, которое я зажигал светом, и которую Степаныч и Дядька называли Сердцем, а мой дед Середой. И тут же пространство вспыхнуло белесым светом и поплыло вокруг меня.

Какое-то время Поханя удерживал звучание в Середке, а палец напротив этой точки, и мы гудели совместно, прерываясь лишь для того, чтобы набрать новую порцию воздуха. Затем его палец начал так же медленно опускаться ниже к солнечному сплетению. Это я уже, скорее, почувствовал внутри, чем увидел, потому что все вокруг вдруг начало меркнуть. Костер стал контрастным, словно нарисованный, а Поханя то пропадал, то появлялся снова, но совсем с другим лицом каждый раз. Я скосил глаза, посмотрел на тетю Катю и чуть не потерялся: вместо нее за мной наблюдала молодая красивая девчонка, которой я боялся, потому что почему-то посчитал ее колдуньей… Но мысли мои тут же оборвались, потому что загудело и завибрировало солнечное сплетение…

– Матерый волк должен быть ярым и лютым,- услышал я слова Похани и понял, что уже какое-то время гужу один. Я тут же напугался, что не удержу состояние, и сорвался – голос стал колебаться, как пламя свечи, и не хватило воздуха. Я перевел дыхание и остановился. Обычное видение медленно вернулось ко мне. Довольно долго я боялся, что голова будет кружиться, и я упаду, но все обошлось.

– Ну, ладно,- сказал Поханя,- наигрался?

– Да, вроде, хватит уже,- честно признался я,- Башка гудит… похоже, по завязочки.

– Тогда… – он посмотрел на тетю Катю, а потом подмигнул мне,- покажу одну вещицу… и идите домой тогда… по головешке возьмите только… чтоб темно не было в лесу-то.

– А ты?- спросил я, видя, что бабка молчит.

– Меня не ждите, я еще… поброжу… Пойдем.

Он вывел меня все на ту же дорогу и велел спуститься вниз.

Теперь луна была точно вверху над холмом, и его фигура была хорошо освещена на взгорке. Он приподнял руку и показал, чтобы я остановился. Я встал и почувствовал, что меня охватывает легкий трепет от наползающего ночного холодка. Поханя постоял немного на освещенном яркой луной взгорке меж слегка шевелящихся серебристо-черных стен деревьев и поманил меня рукой. Я медленно и спокойно пошел к нему наверх.

Он не двигался, хотя словно бы стал пониже. Ничего не происходило, только вдруг у меня задрожало ярло. Я подумал, что это ночная прохлада пробрала меня, и попытался унять эту дрожь, но тут вдруг на меня обрушилась нарастающая волна жуткого волчьего воя. Я едва удержался на ногах, Идти вперед не было никакой возможности, и я замер, позабыв себя. Поханя присел, пуская звук вниз по склону холма, а потом вой начал подыматься вверх, в небо, и у меня пришло ощущение, что я словно подымаюсь вместе с ним, а пригорок уходит из-под ног. Я хотел понять это, хотел включить пропавший разум и начал бороться с охватившим меня страхом. Но в этот миг тьма словно взорвалась там, где стоял Поханя, и он исчез. Просто пропал из глаз. А в следующий миг дорога была пуста и залита лунным светом. Кроме Похани все было по-прежнему: и холм, и деревья, и луна вверху… даже вой все еще звучал каким-то образом в пространстве! И он звучал, пока… у меня хватало воздуха. Только тогда я понял, что это мой вой! Почему-то я знал, что должен довести его до конца, удержал в этот раз колебания и из последних сил закончил, как учила тетя Катя.

Потом мы с ней еще посидели в молчании у костра, слушая, как со всех концов мира лают и воют деревенские собаки, и, так и не дождавшись Похани, побрели домой, дымя головешками. Я, честно говоря, еле волочил ноги.

По дороге до меня вдруг дошло, зачем Поханя велел нам взять головни, и я, пожалуй, даже с возмущением, спросил у нее:

– Теть Кать! Так это мы на себя, может, всех окрестных волков созвали?!

– Ну,- возмутительно спокойно ответила она.

– Как ну?!- уже почти разозлился я, догадываясь где-то внутри, что ничего страшного в действительности не происходит, а я просто нервничаю от переутомления.

Она, видимо, поняла мое состояние и своеобразно успокоила меня:

– Ну, придут. Ты же айкаешь! Отправишь обратно.

– Как, как?! Повабил – позвал, поайкал – послал?

– А что ты, не хозяин в лесу, что ли?!

Тогда меня поразила сама простота ее подхода, но впоследствии я много думал над ее словами. Мне кажется, именно с них начался настоящий перелом в моем отношении к тому, чему я учился. До этого я, несколько лет общаясь с нашими русскими знающими стариками, видел не их, а каких-то замаскированных даосских или буддийских мастеров, даже не замечая за своим восприятием этой погрешности. А тут мне вдруг стало ясно, что за всем этим угадываются следы древнейшего магического искусства, имя которому Кобь, а родина – Россия! И пропала необходимость внутренне приукрашивать старичков, приписывать им для пущей важности и собственного оправдания чуждые им образы. Мне ведь очень хотелось, когда я к ним шел, чтобы скрывающееся за ними знание было сопоставимо с Востоком. А тут вдруг стало само собой ясно, что оно и в самом деле сопоставимо, но только совсем другое! Мы так привыкли к собственной культуре, что наш глаз отказывается различать в ее обыденности следы былого величия и подлинной древности. Нам, русским, нужно стать чуточку иностранцами или научиться пристально приглядываться к самим себе. А о коби надо говорить отдельно.



БАБА ЛЮБА

После памятных слов тети Кати у меня многое из узнанного за годы учебы начало укладываться по-новому, и, по крайней мере, хотя бы в какое-то подобие цельной картины. Первое, что вспомнилось в связи с пением, были знания о постановке голоса вообще. Я употребляю слово "постановка" условно. На самом деле меня учили и требовали от меня
сказывать, что бы я ни делал в Тропе.

И Степаныч, и Дядька всегда говорили со мной сказывая, хотя я этого и не замечал, поскольку это была самая естественная и захватывающая речь, какую мне только доводилось слышать. Рассказ сказителя воспринимается сразу в образах, словно разворачивающаяся в твоем мозгу серия живых картин, своего рода объемное психическое кино, где ты к тому же и участник. И это отнюдь не просто "образность", то есть красочность повествования в ораторском смысле слова. В образности сказителя есть своя психологическая "механика". Их слова были частенько грубы, резки или даже невнятны для стороннего слушателя. Но я всегда был захвачен любыми их словами, потому что они называли ими то, что в миг речения происходит в голове слушателя, то есть у меня. Иными словами, они облекали в слова ускользающее от тебя самого твое смутное мышление. Во время такого разговора постоянно присутствует ощущение, что сказитель всего на миг обгоняет тебя, высказывая то, что ты хотел бы сказать сам.

На языке Тропы это можно передать так: они разматывали
самокатмышления сразу в двух головах – своей и собеседника. Поскольку самокат – это то, что в данный момент само рвется из тебя, но ты его сдерживаешь в силу привычки таиться, то такая беседа кажется проникновенной, захватывает и погружает не просто в самого себя, а в потрясающе интересного и неожиданного себя, который к тому же "болит". Сказанное сказителем становится не просто общим, это общее переживание. Способный сопереживать тебе непроизвольно признается внутренними защитами своим и пропускается в душевные тайники. После этого твое мышление наполняет его слова собственными смыслами и оживляет всеми имеющимися в его запасниках образами переживаний, да с такой силой оживляет, что ты в прямом смысле очарован!

Это может показаться похожим на телепатию, чтение мыслей или экстрасенсорику, но это не то. Они не читали мысли, их не интересовало содержание этого хлама. Они знали устройство мира и законы мышления, видели и чувствовали их так тонко, что могли говорить с человеком в соответствии с тем слоем сознания, в котором находилось в тот момент его мышление. У человека определенного общества и культуры все слои мышления уложены в самокате очень и очень сходно. При определенном опыте и ясности сознания вовсе не так уж трудно говорить за человека его сокровенные мысли, и не только бытовые, которые он прячет, чтобы быть неуязвимым, потому что у него есть враги. Можно ведь рассказать и ту сказку, которую он носит в себе и скрывает, потому что у него нет друзей…

Это и есть оказывание. Но учился этому я все-таки не у дедов, а у старой знахарки и повитухи бабы Любы.

Меня направил к ней Дядька незадолго до своего ухода. Я уже был к тому времени знаком с Поханей, но к нему Дядька велел идти только после бабы Любы.

– Ну, это колдунья, не то что моя Нюра!- сказал он про нее.

Из-за этого я ехал к ней с легким трепетом, невольно вспоминая свой приход к Степанычу и описания мрачных деревенских колдунов из этнографической литературы.

Не было ничего даже близкого к этому. К бабе Любе я вошел легко и радостно. Она буквально растаяла, когда я передал привет от Дядьки и тети Нюры. А когда сказал, что я внук Екатерины Ильиничны, она заплакала и запричитала, что-то вроде:

– Подруженька моя дорогая!., и на кого ты меня покинула!., и как же мне жить-то горемышной!..- но вдруг сама себя перебила,- Вишь, старая стала, никак, помирать собираюсь…- и вытерла слезы.

С этого дня я почти год был у нее желанным гостем, почти что внуком. Впрочем, у меня есть подозрение, что я действительно был им всем дальним внучатым племянником (для меня это звучит как: со-племянником-соплеменником), а они все были между собой в очень древнем родстве.

Баба Люба была родом из деревни Каличье Савинского района Ивановской области. Но еще задолго до войны переехала в деревню Дудорово, после того, как у нее сгорел дом и погиб в пожаре младший из сыновей. Во время войны у нее погибли еще двое сыновей и муж на фронте. Муж был из деревни Волотово. В начале шестидесятых или конце пятидесятых она погорела еще раз, ночью. Сгорела заживо вся остававшаяся семья, все дети. Всю свою жизнь баба Люба бабила – была повитухой. Ее и "бабой" звали не случайно, всех остальных звали тетями, как это здесь принято, несмотря на возраст. Она же сама смеялась, что ее и Любой неслучайно прозвали. Смерть всех детей стала для нее своего рода мистическим знаком, запретом на повивание. По народным понятиям, повитуха должна сама легко и много рожать здоровых детей. Смерть детей – плохой знак для повитухи. Поэтому баба Люба переехала еще раз – на другой край Ивановской области – в деревню Игрищи, и полностью отошла от повивания. Уже в восьмидесятых одна из подруг юности, оставшись на старости лет одинокой, пригласила ее пожить вместе. Баба Люба продала свой дом и уехала к подруге в Ковровский район в одну из деревень недалеко от Всегодич. Подруга померла, а баба Люба осталась жить в ее доме, даже "не переводя его на себя". Туда я к ней и ездил.

Меня прямо завораживали эти названия мест, эта магическая география родного края, которая соплелась с ее судьбой. Надо еще учесть, что Дудорово, как и соседнее Фефелово, где жили моя бабушка и тетя Шура, – деревни скоморошьего происхождения (от дударь – что одновременно дудочник и дурак, и фефел – тоже дурак). Она была единственной из моих старичков, кто сам начал рассказывать о своем прошлом. Я попался на это и попытался побольше расспросить ее о ней самой. Но она довольно жестко и определенно воспротивилась после того, как я попросил разрешения привезти магнитофон:

– Ну, вот еще! Придумал! Мне помирать скоро, а ты будешь меня беспокоить, господи помилуй! Слушай, что скажу, и не береди!., раз Катин внучок…

Я понял впоследствии, что весь ее рассказ о себе имел целью лишь подготовить меня к правильному пониманию повивальной науки, и больше попыток стать этнографом не делал. Просто учился. Сначала бабить. И как это ни дико для меня звучит, я могу считаться повитухой по прямой передаче! Мы сейчас даже запатентовали бабы Любин способ родовспоможения. Странности судьбы! Но повивание – это особый рассказ. Для разговора о Духовном пении гораздо важнее рассказать о том, как баба Люба учила читать заговоры.

Первыми и важнейшими, если подходить к этому как к науке, являются заговоры охранительные, обережные, ограждающие самого знахаря и то, что он делает, от внешних помех. Самый простой и не вызвавший у меня возражений был:

Вокруг нашего двора

Каменна гора,

Железная стена,

Огненна река!

Матушка Богородица!

Укрой и огради своим

Святым покровом!

Баба Люба учила меня и другим оберегающим заговорам, но послушала, как я их произношу, что-то прошептала с недовольным выражением лица и сказала, что мне не стоит учить остальные:

– Не надо эти… вот "Вокруг нашего двора" и читай. А эти не твои, нет, пустое!..

И я действительно даже не смог их толком запомнить. Я спросил бабу Любу, а можно ли мне рассказывать другим этот заговор.

– Рассказывай, а чего?- удивилась она.

– Ну, баб Люб, я знаю, многие знахари не рассказывают заговоры, потому что силу теряют. Заговоры перестают работать?

Она улыбнулась.

– Ну! Силу! Когда я тебе чего такое передам, ты и сам никому не расскажешь. Силу! Не в заговоре сила! Сила в тебе должна быть. Вот ты сколько ни старайся, у тебя те заговоры без силы будут!

– Почему?

– Потому что не твои! Или у тебя для них силы нету. А иной и не учился ничему, а делает чего-нибудь, и у него получается, говорят, сила сама заставила.

Я хотел было попытать ее на эту тему, но она не позволила отвлечься:

– Ничего, не плачь – не горюй! Я тебя научу, как не терять силу. Ты только научись чувствовать свои заговоры, тогда пойдет с божьей помощью.

– А как этому научиться?

– Да ты знаешь. Ты всегда это знал. -Как?

– Да любой знает. Сразу же видно. Только себе не верят. Вот слушай, выбирай, который на сердце ложится,- и она прочитала подряд штук пять коротких заговоров-присушек.- Ну, котора твоя любжа?

Я пожал плечами.

– Ну, котора глянулась-то, котора сейчас перед глазами-то? Ну, прямо сейчас которая помнится?

Я назвал тот заговор, который действительно чем-то зацепил мое внимание.

– Ну, вот, а говоришь не знаешь. Вот.

– И все?!

– А ты чего хотел? Может, я тебя среди ночи на кладбище угулять должна была?- она засмеялась.- Меня в чем ни подозревали, я знаю, чуть ли не ведьмой считали… Ненависть, ненависть! Сами приходят, просят, а потом боятся, ненавидят! Не верят, что просто,- она даже прослезилась, но быстро вытерла слезы.- А нужно-то всего лишь слышать уметь, да говорить.

– Что говорить?

– Что?! Не что! Говорить надо правильно. Уметь сказать надо.

– Ты имеешь в виду само произношение?

– Ну, произношение! Сказывать надо. Вот – сказывать!- обрадовалась она, вспомнив слово.- Заговор читаешь, закличку, рожаницу водишь, сказывай. Следи, чтобы сказывалось. Тогда получится, тогда все как надо получится.

– Что значит сказывать? Баба Люба?.. Ну, я чувствую, что ты вкладываешь в это слово какой-то смысл, да? А я не понимаю.

– Ну да! Ну да!- подхватила она.- Конечно, смысл вкладываю. Вот давай почитаем.

И началась настоящая учеба. Она заставила меня выучить эти два заговора – обережный и любжу – так, чтобы я мог произносить их без запинки и не задумываясь. Как только это у меня стало получаться, она попросила:

– Ну, вот, вот так вот и скажи теперь на оградку-то! Не чти по памяти, а скажи заговорцем!

Я почесал в затылке, хотел еще почесать между лопатками, поежился, но посчитал, что это неуместно, и было уже раскрыл рот для чтения заговора.

– Нет,- остановила она меня,- а ты чего не почесался-то?

– Чего не почесался?- грубовато от неловкости ответил я.

– Ну, ты же хотел спину почесать! Ведь хотел?- прицепилась она.

– Ну, хотел,- признался я.

– Так ты давай чешись, сопли сморкай, перди, если хочется!- она засмеялась и подмигнула.- Лучше ты перед заговором пропердишься, чем вместо заговора пернешь!

Я понял ее, смущение оставило меня, я повернулся к ней спиной и попросил:

– Почеши-ка, баб Люб… да нет, нет, пониже, пониже, полевее…- мы с удовольствием посмеялись.

Однако это вовсе не было шуткой. По сути, в этом заключается один из важнейших принципов тропового, а может, и вообще народного очищения. Впоследствии тот же принцип объяснял мне Поханя, рассказывая, что кулачники выходили на бой "от чирья". Это значит, что пока ты "последний чирей на заднице не почешешь перед боем", ты рукавицы не одеваешь – иначе, ты будешь думать не о поединке, а об этом чирье. Это называлось "срезать хвосты" или "чистить перышки".

Тот же Поханя заставлял меня проделать еще одно очистительное упражнение для раскрытия голоса. Мне кажется, оно прямо вытекает из предыдущего, хотя и на совсем другом уровне. Обучая духовному пению, старики исходили из того, что поет в человеке Душа. Песня, пение – ее естественное состояние. Душа поет, и ее нельзя научить петь. Просто добавь ей голос, и это будет песня. По крайней мере, люди именно это и считают Песней! Нужно только убрать помехи, и тогда она запоет твоими устами. Как выявить помехи – ясно. Надо петь и наблюдать за сбоями. Это не вопрос для тех, кто знаком с Кресением. Но вот
чтопеть!

Раз поет душа, то подсознательно предполагается, что петь надо, что называется, "душевные" песни. И рождается ложь. Петь надо то, что поется. Начинать следует с той песни, что сама вертится на уме. Это наверняка какая-нибудь дрянь, которой ты стыдишься, но она поется. А это значит, что твоя душа поет ее и плевать хотела на нравственность или приличия. Наши ожидания от души, что она должна петь что-нибудь "высокое и светлое" – всего лишь скрытая потребность занять более высокое место в обществе, поближе к свету и солнцу, которым чаще всего оказывается правящая личность – князь мира сего.

Душа на самом деле даже не поет, а звучит всем своим естеством, но, к сожалению, доступно ей не так уж много – все естество человека связано мусором. В ее распоряжении лишь крошечный гвор еще сохранившегося свободного сознания. Если и он будет загажен, про человека еще живого (то есть с душой) будут говорить: бездушный человек. Иными словами – человек без души для песни, хотя и с душой для зла. Поэтому нечего удивляться, что наши души поют какое-то дерьмо. Сколько места для души осталось, столько и песни! Хочешь, чтобы полилась настоящая песня – освобождай душу, освобождай звучащие пространства сознания.

Для этого придется сбросить стыдливость и выпеть из себя всю дрянь, которая просится на язык. Уверяю, как только вы это себе позволите, вы испытаете подлинное наслаждение. Более того, ваши слушатели будут радоваться вместе с вами, будто вы им подарили откровение! Я сам, помню, когда стал учиться петь у Похани, пел только: "Раз пошли на дэло я и Рабинович! Рабинович выпить захотэл!.." и "Протекала речка, через речку мост, на мосту овечка, у овечки хвост!" Хвост, кстати, у нее в конце песни отваливался. Изрядная дрянь из студенческой поры, но зато как покатывались мои старички! Когда ты поешь то, что действительно само идет из твоей души, даже если это хлам, люди вокруг радуются. Не всегда исполнению, чаще тому, что нашелся дурак, который сам себя не стесняется. Но радуются всей душой, потому что души всегда отзываются на встреченную душевность! Попробуйте.

По мере выпевания гвор поющего сознания будет расширяться, и начнут приходить все более широкие песни. Про наших предков, про прежних русских говорили, что у них раздольные песни. Это значит, у них были очень широкие души, то есть очень ясное сознание.

Баба Люба заставила меня сбросить весь ненужный хлам мышления и только после этого допустила к чтению заговора. Я собрался, набрал воздуха и с выражением начал читать, стараясь вложить в слова силу. Баба Люба замахала на меня руками и даже перекрестилась:

– Окстись! Бог с тобой! Ты чего воешь? Я даже немного обиделся.

– Ты чего думаешь, если ты озвереешь, так все вражьи силы от тебя со страху перемрут?

– Что не правильно?

– Да ты ревешь, пугаешь. И врешь еще. Не думаешь так, врешь!

– Я старался.

– Ну, старался. И что, пожалеть тебя? Лобик не разбил, у-тю, мой маненькой! Сказывать надо. Спокойно читай. Видь!

– Что видь?

– Не знаю… Вот ставишь оградку. Можно, конечно, видеть и гору и стену… Но такая ограда слабая получится. Это впору деревенским бабкам, навроде меня… А ты должен саму защиту видеть, крепость крепить, как говорится.

– Крепость?

– Крепость ограды, крепость стены, саму ограду крепить должен видением. Не знаю, понимаешь?- с сомнением посмотрела на меня.

– Не знаю, может, понимаю…- так же с сомнением ответил я.

– Ну попробуй.

Я прочитал заговор по-новому.

– Получилось,- кивнула она.- Немножко совсем, однако, получилось. Сам чуешь?

Мне казалось, что я "чуял". Я действительно ощутил, как что-то будто изменилось в пространстве избы. Словно воздух стал другой.

– А знаешь, почему получилось? Огненная река тебя держит. Это не видение твое крепость дало, а боль… Что-то у тебя с огненной рекой было…давно… Страшно? Боишься?

– Да нет,- неуверенно ответил я, думая о том, что в ее словах что-то есть, но очень трудноуловимое.

– Не помнишь, очень давно было?

– Нет,- ответил я в позволении, хотя не смог бы объяснить, откуда пришел ответ,- не так давно, перед приходом в эту жизнь.

– Ну вот, ну вот, и молодец, вот и умница,- она присела ко мне поближе и слегка приобняла, очевидно, из опасения, что я могу не сдержаться из-за этого воспоминания, и мне потребуется помощь. Но воспоминание не пришло. Слова пришли из какой-то моей глубины только потому, что за три предыдущих года мои учителя научили меня слышать свое прошлое, позволяя ему всплывать прямо к поверхности осознавания. Впрочем, мне стало грустно и даже слегка тоскливо, но я уже в который раз утешил себя тем, что время этого знания придет, когда пробьет его час, и успокоился.

– Ну вот и ладненько,- погладила бабка мою руку.- Сейчас чайку поставлю, посиди пока…

И уже за чаем она закончила свой урок:

– Сила в голосе должна не от боли быть. Видеть нужно. Будешь видеть, сможешь любые заговоры читать, заклинания… даже сказки сказывать, может быть, петь…

– Не-е!- засмеялся я.- Петь, вряд ли. Медведь на ухо наступил!

– Не зарекайся,- остановила она меня.- Без голоса ты ничего делать не сможешь, а голос откроешь в себе – он сам тебя петь заставит… Чтобы сказывать, голос надо вычистить. Вычистить, вычистить, чтобы он совсем пропал словно… То есть, конечно, как же без голосу, но чтоб ты его не замечал. Вот когда ты заговор читаешь и врешь, ты сам сразу слышать голос свой начинаешь. Уж не знаю, красивым, аль нет, али стыдишься… главное, слышишь. Надо, чтобы голоса для тебя словно не было!

– Чтобы не отвлекаться на него?

– Вот. Главное то, что за голосом, сказ сам. А сказ придет, когда видеть начнешь, да не картины, не картинки рисуй, а крепость саму, силу ли… любовь казать будешь!..

Мне тут же вспомнилось, что украинцы называют сказки "казками" – то ли от слова сказывать, то ли от казать.

– Слушай себя почаще, как заговор читаешь, и следи – слышишь ли голос. Как голос пропадать начнет, считай, в стих вышел.

– В стих?- переспросил я, хотя мне объясняли это понятие раньше. Мне хотелось услышать бабы-любино объяснение.

– Стихать начал, значит… стихия тебя слушаться начала. Тогда все, что говорить будешь, станет сказываться, люди заслушиваться будут… Опасно.

– Опасно? Почему?

– Соблазн. Сам поймешь, когда-нибудь. Давай лучше любже поучу!

– Давай! Только, баб Люб, ведь это грех!- пошутил я.- Ведь это же помимо воли!

– Ну, грех!- махнула она рукой.- Иной грех и взять на себя не грех. Лучше я их влюблю, чем он ее забьет, или она ему всю душу изъест. Я брала,- улыбнулась она не очень весело.- Брала! Ни разу не пожалела… Обидно только, когда приходят и зло на тебе срывают. У нас ведь всем до всего дело есть! А все одна ненависть людская. Все от страха! Убить от страха готовы любого! Своего. Чужих-то они любят, хлебосольничают. Чужак им не враг! Вот бы своего затравить – это нас хлебом не корми! Баба Люба не однажды срывалась при мне на воспоминания о какой-то старой обиде, и у меня было даже подозрение, что пожары в ее жизни были неслучайными. Но она ни разу не согласилась рассказать об этом. Ей, как и Степанычу, тоже было некогда.
Записан

Шаня

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +10485/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 31 798
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 97400
  • - Вас поблагодарили: 143871
Re: Голос и его Сила
« Ответ #1 : 09 Август 2013, 14:08:00 »

« Последнее редактирование: 09 Август 2013, 14:25:16 от Шаня »
Записан

Шаня

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +10485/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 31 798
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 97400
  • - Вас поблагодарили: 143871
Re: Голос и его Сила
« Ответ #2 : 09 Август 2013, 14:25:34 »

В Текстах Серкина имеется упоминание об особом голосовом воздействии которое имеет коллосальный эффект в том числе и боевого применения )))

Вот текст который,как мне видится весьма подробно раскрывает эту практику,причём весьма многогранно раскрывает. Интересно написано,и что радует Просто и с Юмором )

ты сам пробовал что нибудь из этого?

Что касается звуков, и голоса, и песен, и вообще практики голосовой, то это наверное у всех, открывается, в какой то момент времени, просто не все дают этому выход и не очень могут этим инструментом пользоваться, голосом.

Но очень часто, в лесу, вдруг возникало желание вырывался звук, потом еще и еще,

Случайно ли или нет, уж не знаю, но было такое, что попадала в какой то звук- волну, что выкрикнув его, вдруг прилетал кто нибудь.
случайно ли, или нет не знаю.
А это желание повторят звуки, крики за птицами,
а вообще желание горловых звуков, и  чего то такого в лесу.
может быть это прорывается изнутри, знание тела, о звуках, и каким то образом случайно попадаешь в волну.
Записан

мут

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +964/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 8 560
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 20392
  • - Вас поблагодарили: 15580
Re: Голос и его Сила
« Ответ #3 : 09 Август 2013, 14:30:17 »

об особом голосовом воздействии которое имеет коллосальный эффект в том числе и боевого применения )))
оо! голос знамо дело!
если раскрыть да.. эффект. ))
песнии.. эх.. хвост звенит.. да на тот край поляны закинуть, да лечить голосом в круге.. да просто боль пропеть, хоть душевную, хоть тельную, тело починить-погудеть, припеть кого.., похороводить..
да..
Записан

Шаня

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +10485/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 31 798
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 97400
  • - Вас поблагодарили: 143871
Re: Голос и его Сила
« Ответ #4 : 09 Август 2013, 14:32:24 »

Голос и его сила.
Могу сказать о работе с детьми, одной из практик с малышами это именно услышать свой голос, я называю это вытащить голос наружу.
Всегда сажусь перед ребенком и прикладываю ухо к груди, и прошу его сказать что то, дети говорять по разному от силы голоса, от его глубины, от того как он говорит многое можно понять о б блоках внутри.

и вот мы начинаем этот голос вытаскивать.

Звуки, для меня очень важны, как они звучат из тела, чистый светлый звук, или тихий приглушенный,

Приходят дети и кричат шепотом.
Их становится все больше.
дети которые спрятали свой голос.

Записан

Шаня

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +10485/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 31 798
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 97400
  • - Вас поблагодарили: 143871
Re: Голос и его Сила
« Ответ #5 : 09 Август 2013, 14:36:52 »

Раз поет душа, то подсознательно предполагается, что петь надо, что называется, "душевные" песни. И рождается ложь. Петь надо то, что поется. Начинать следует с той песни, что сама вертится на уме.

в походе я попала на луга, там раньше было видимо поселение, так вот, иду я по лугу, и вдруг возникло, напевное и тихое, да такое, что я понять не могла откуда это выходит из меня, чистое, тихое... пелось да так, что душа очищалась и светлела...
слова сами лились
про луга широкие,
реки глубокие да синие,
 Землю матушку,
что родила нас,
Сами слова рождались из того что было кругом, в тот миг, в то мгновение...
уже после придя к себе, я думала, про народные песни и поняла,
что они выливались из переполненности красотой и жизнью, потому что так было со мной там.

не умещалась во мне эта красота, и она рвалась наружу.

Записан

eclogyte

  • Гость
Re: Голос и его Сила
« Ответ #6 : 09 Август 2013, 14:38:20 »

Приходят дети и кричат шепотом.
Их становится все больше.
дети которые спрятали свой голос.

Может, потому что город? В городе скученность, и так шумно, и любые людские звуки воспринимаются как агрессия. Дети это понимают с малых лет, вот и сдерживаются — и зажимают себя.
Записан

Шаня

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +10485/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 31 798
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 97400
  • - Вас поблагодарили: 143871
Re: Голос и его Сила
« Ответ #7 : 09 Август 2013, 14:45:47 »

Может, потому что город? В городе скученность, и так шумно, и любые людские звуки воспринимаются как агрессия. Дети это понимают с малых лет, вот и сдерживаются — и зажимают себя.

не могу сказать от чего, может и город, может и обстановка,
только мало кто обращает внимание, на эту тихость и шепотальность состояния.
А надо бы обращать внимание.
Голос спрятан, значит блоки, значит что то мешает, что то не выпускает наружу.


Всегда советую родителям петь, самые простые звуки,
вот в книге прочла, про Ай ай ай айкать...
дети любят простые звуки...

самое сложное это первый раз громко закричать ура... или аааа... и оооой.. или ааай...
я кричу, да с такой силой, что уже в школе привыкли наверное, и шутят, "началось, опять шанько горланит"...
но я кричу, потому что только так, ребенка можно пробудить...
он смотрит и так робко...
тихо тихо...
аааааа...ааай....
Иногда захожу к детям в класс и говорю, давай те вместе закричи миру ура, весь мир, земля наша услышит нас, и ответит нам улыбкой.
ну и вот, они кричат, а я хожу к ним... и так серьезно начинаю перечислять кого не слышу, и акт бывает что по двадцать раз кричим, ура, потому что какой то малыш никак не прорвется...
и вот уже все хохочут и уже валяются на полу, и кричат ура, и уже Васька наконец вытащил свой крик, и  все, успокоенные , садятся уже занимаются, и я ухожу.


и постепенно набирает силушку голос,
ох как бывает интересно слушать как ребенок вдруг однажды, как закричит... да с такой силой,
да так отчаянно, и так громко, что порой сам испугавшись вдруг и зарыдает.

бывает....
Записан

Волосатый

  • Великий
  • Хранитель Леса
  • *****
  • Согласие +612/-12
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 8 132
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 29672
  • - Вас поблагодарили: 18480
  • Повелитель Тьмы, херали
Re: Голос и его Сила
« Ответ #8 : 09 Август 2013, 14:52:11 »

Процесс стягивания фона местности на себя называется гуда.
Записан

Шаня

  • Костровой
  • *****
  • Согласие +10485/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 31 798
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 97400
  • - Вас поблагодарили: 143871
Re: Голос и его Сила
« Ответ #9 : 09 Август 2013, 14:56:43 »

Волосатый, а чуть раскрыть сможешь?
Не раз сталкивалась с таким желанием...ммм... когда нахожусь на открытом месте, поле или луг, раскинуть руки и запеть и пою ведь, и рождается музыка, и звуки приходят, потом правда мало что помню,, и делала, не зная, что это такое, но после этого была как труба, словно меня продули и наполнили.

У меня такое вызывают открытые пространства и еще дороги, разное бывает в звуках, рифмах.

Уверенна, такое происходило с каждым, просто не всегда это выливается, не дается вылиться, а я вот чувствую, что этому надо дать вылиться и пропеть и прокричать.

« Последнее редактирование: 09 Август 2013, 15:07:40 от Шаня »
Записан

Волосатый

  • Великий
  • Хранитель Леса
  • *****
  • Согласие +612/-12
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 8 132
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 29672
  • - Вас поблагодарили: 18480
  • Повелитель Тьмы, херали
Re: Голос и его Сила
« Ответ #10 : 09 Август 2013, 15:29:24 »

Выйдешь вечером на точку, послушаешь, у нее есть свой ритм, частота, да как угодно называй, главное почувствовать. Задача издать протяжный звук той же частоты, который введет в трансовое состояние. Дальше сама разберешься.
Записан

Шелтопорог

  • Путешественник
  • *****
  • Согласие +11127/-27
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 35 807
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 57787
  • - Вас поблагодарили: 134102
  • Живые ритмы Пространства...
    • Проза ру
Re: Голос и его Сила
« Ответ #11 : 09 Август 2013, 18:57:48 »

 Мы тут пробовали похожую темку  начинать...  Думаю, это почти об одном и том же. По крайней мере, если рассматривать сновидение, как особое состояние. В котором голос обретает реальную силу...
Записан
Если Вы услышали знакомые слова, то это вовсе не значит, что Вы  УЖЕ поняли о чем речь ))

lesogruzov

  • Хранитель Леса
  • *****
  • Согласие +280/-4
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 4 457
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 3682
  • - Вас поблагодарили: 5686
Re: Голос и его Сила
« Ответ #12 : 09 Август 2013, 20:01:58 »

 Голос  и его Сила    Это  уже  давно преподаётся
     
Записан

Шелтопорог

  • Путешественник
  • *****
  • Согласие +11127/-27
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 35 807
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 57787
  • - Вас поблагодарили: 134102
  • Живые ритмы Пространства...
    • Проза ру
Re: Голос и его Сила
« Ответ #13 : 09 Август 2013, 20:09:10 »

Голос  и его Сила    Это  уже  давно преподаётся
     http://www.youtube.com/watch?v=41DeiVV4S4A

 Это, скорее,  попытка работать со смыслами партнера. Или партнеров.
Записан
Если Вы услышали знакомые слова, то это вовсе не значит, что Вы  УЖЕ поняли о чем речь ))

lesogruzov

  • Хранитель Леса
  • *****
  • Согласие +280/-4
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 4 457
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 3682
  • - Вас поблагодарили: 5686
Re: Голос и его Сила
« Ответ #14 : 09 Август 2013, 20:13:58 »

Это, скорее,  попытка работать со смыслами партнера. Или партнеров.
    Даже не скорее   )  а Так и есть   Но  база  там  есть   для того что  человек научился говорить Для этого надо хотя б начать это делать )
Записан