Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

Если никогда не пойдешь в лес, с тобой никогда ничего не случится, и твоя жизнь так и не начнется.

Автор Тема: Восемьдесят седьмая тема :)  (Прочитано 22964 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Корнак7Автор темы

  • Модератор своих тем
  • *****
  • Согласие +380/-14
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 8 691
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 5822
  • - Вас поблагодарили: 8911
Re: Восемьдесят седьмая тема :)
« Ответ #375 : 08 Сентябрь 2018, 20:02:13 »

Это рассказ Windа. Но не здешнего.

"Когда мне было примерно 14-18 лет я очень часто видел Вещие сны. Обычно это были эпизоды из будущего протяжённостью не более 1 минуты, чаще и более короткие. Как бы открывалось окно в будущее и через небольшое время закрывалось. Это будущее случалось через неопределённый промежуток времени, от нескольких дней до года и более. Обычно мы понимаем, что когда-то это уже видели после того как действие уже реально случилось. Есть даже термин Дежавю. В моём случае сны случались настолько часто, что я начал опознавать их как Вещие ещё до того, как само действие произошло. Сюжеты снов были самые банальные, никаких там вселенских катастроф или кровавых убийств. Опознавались они по нескольким признакам. Они были невероятно яркие и конкретные и очень часто в сюжете присутствовал элемент (тема разговора или внешний антураж), который мне был незнаком на момент сна и вызывал удивление. Вот это удивление, прежде всего, и ещё что-то, не знаю что, позволяло безошибочно идентифицировать сон как Вещий.

Возникла мысль: а что если попробовать изменить ход события. Что будет? Но была проблема. Поскольку время актуализации Вещего сна было неопределённым, отловить его на начальной стадии было очень сложной задачей. Я всё время опаздывал. Но как-то раз мне это удалось, я поменял свои действия. Результат меня шокировал, но я быстро пришёл в себя, сознание извернулось, подкинув само себе аргумент, что эксперимент был не совсем корректен. Спустя небольшое время мне удалось отловить эпизод протяжённостью около минуты в самом начале. Вообще меня ещё сейчас, когда пишу, слегка потряхивает. Ко мне пришёл мой школьный приятель, и мы начали разговаривать. Я отловил ситуацию. Я сидел на стуле и вопреки сюжета пересел на диван. Мой приятель ПРОДОЛЖАЛ СМОТРЕТЬ НА ПУСТОЙ СТУЛ И РАЗГОВАРИВАТЬ С НИМ. Далее случился разговор примерно такой.

В первоисточнике (во сне):

- Он: новое кино в Победе

- Я : А чё, давай завтра сходим на 10-30

- Он: отлично давай встретимся в фойе минут за 15

- Я: отлично, договорились

- Он: значит в 10-15 в фойе?

- Я: Ага.

В этом месте окно/занавес закрывается

Теперь всё тоже самое, но в реале:

- Он: новое кино в Победе

- Я : Ну ты и дебил, ты же с пустым стулом разговариваешь

- Он: отлично давай встретимся в фойе минут за 15

- Я: ты что, ничего не слышишь?

- Он: значит в 10-15 в фойе?

- Я: Ты хоть понял о чём мы говорили.

-Он, поворачивая голову в сторону дивана : что значит о чём, мы с тобой договорились идти завтра в кино.

Психика не справилась. Попробовала забыть – не получилось. Я перестал видеть Вещие сны, хоть это удалось. В терминологии Кастанеды это было Абстрактное Ядро, чего я тогда не понял, да и не мог понять. Теперь я это понимаю, но Вещих снов больше не вижу. В терминологии психонетики это была первичная травма сознания. Я со всей очевидностью до шерсти дыбом осознал, что мы как марионетки на верёвочке, как заводные игрушки. Мой отчаянный рывок ничего не поменял."
Записан

Корнак7Автор темы

  • Модератор своих тем
  • *****
  • Согласие +380/-14
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 8 691
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 5822
  • - Вас поблагодарили: 8911
Re: Восемьдесят седьмая тема :)
« Ответ #376 : 10 Сентябрь 2018, 22:35:00 »

СТАРУХА
-----------------
У ворот кладбища сидела старая-старая женщина, сморщенная от времени и плохой жизни, почерневшая от солнца и потерявшая интерес ко всему живому до той степени, что стала похожа на пересушенный и ненужный урюк, на прошлогодний плод, оставшийся висеть на дереве, на тонкий и чёрствый черенок. Скрюченная и позабытая, старуха как будто сидела тут всегда. Она, может, и уходила куда-то ночью успокаивать своё тело сном, но этого никто не видел. Заговорить с ней казалось немыслимым занятием. Никто ведь не говорит с деревом, с дорогой, с камнем на обочине.

Она была хронически одна. Её израсходованное тело оставило себе ровно такие размеры, чтобы едва вмещать в них эту женщину. Меньше было уже нельзя: жизнь ушла бы из-за тесноты. А так – еле-еле уживалась. Такова была её участь всегда – уживаться. Быть на подножке. Кое-как умещаться. Эта условная жизнь отделяла её от остальных предметов, нарушая статичность пейзажа. Взгляд старухи едва сквозил из каких-то бездн, в которых ютилась она и, наверное, все её предки, ибо, казалось, что и предки её ютились всегда и везде. Даже в безбрежном океане они бы ютились.

Этот взгляд был лишь памятью о том, что она когда-то смотрела на людей. На окружающий мир, которого почти уже не осталось. Мир теперь окружал её изнутри. Снаружи она не замечала ничего. Внешнее нужно было только для того, чтобы старуха где-то была. Нельзя же быть вне пространства. Она была вне всего, но физически всё же присутствовала. Почти незримо.

На лице старой женщины не проявлялось никакой печали, потому что это было давно невозможно. Лицо не реагировало на то, что было вокруг, а внутренние переживания иссохли настолько, что не поставляли лицу ничего. На нём и так отображалась вся сложность долгой и необязательной жизни. Теперь она жила уже по привычке, отказаться от которой в этом теле не было сил.

И всё же старуха вряд ли была лишней в мире более крепких и упорно живущих людей. Дошедший до крайней степени – не лишний. Вот средний, общий, не отличающийся ничем может быть лишним, хоть он и не задумывается над этим. Да и зачем? Жизнь идёт пока ты лишний. Тут уж ничего не поделаешь, живи, как есть, как можешь. Силой мышц и попыткой разумения. Жизнь может быть разнообразна до невероятности. Даже у самого своего края, на исходе. Если смысл человека оправдывает его существование, то ведь даже подвижные и суетные не всегда его имеют. А наглядность никчёмности не доказывает ничего. Наоборот – старуха ни на что не претендует и не вводит в заблуждение. Чаще бывает иначе, когда в попытке выудить смысл из человека остаёшься ни с чем, а только уставшим и сожалеющим.

Солнце испытывало старуху. Казалось, проигрывая в этой битве, оно усиливало жар, отчего люди в городе изнывали всё больше. Старуха не сопротивлялась никак: ей было нечем и незачем. Но её нельзя было считать побеждённой. Как считать побеждённым того, кто пренебрегает тобой? Рядом не было ничего, что хоть как-то уберегало бы её от прямых лучей солнца. Пренебрежение, да и только. Неясно ещё, чувствовала она солнце вообще или нет.

В доказательство существования в себе жизни старуха изредка двигалась, но экономно, чтобы не тратить лишней энергии. В чём находила она питание для продления себя? Силы, остававшиеся в старухе, заменяли ей еду. Она питалась собой же, теми сгустками, которые были соками её долгого существования. Старуха не теряла здесь времени, наоборот – она откуда-то его находила. А значит, и силы в нём быть.

Чтобы не сидеть зря (хотя, конечно, она сидела зря), перед старухой всегда был разложен ладан в коробочках. Она не продавала цветов: в цветах – жизнь, а тут её нет. И откуда ей достать цветы? Они были из какой-то другой, давно ушедшей жизни. Помнит ли она об этой жизни, или солнце выжгло все её воспоминания, оставив блеклый след, как на фотографии, которая долгие годы пролежала под его лучами? Никто и никогда не купит у неё этот ладан. Ибо не поймёт, что это можно сделать. Да и старуха не сообразит уже, чего от неё хотят. Было похоже, что она всажена тут стеречь его, а не продавать. Без этой нити, связывающей старуху с ладаном, вообще всё было бы окончательно бессмысленным. Ладан ей нужен, чтобы никуда не потеряться. Чтобы знать, куда приходить по утрам, и чтобы люди видели, откуда её потом забирать. Собственно, тогда этот ладан и понадобится. Тут, у кладбища, она на виду. В других местах – нет. В других местах много людей. Здесь она одна, и её ни с кем не спутать. Отсюда не надо её уносить далеко: она сама пришла, куда надо.

Старуха сидела у ворот, одной ногой находясь на кладбище, другой – ещё здесь.

- Не ходи под солнцем! – кричит дочери из недосягаемого прошлого молодая мама. Через годы эти слова каким-то чудом доносятся до старухи. Из бездны, отделяющей её от жизни.

Роман Надирян
Записан
 

Страница сгенерирована за 0.21 секунд. Запросов: 32.