Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Расширенный поиск  

Новости:

Если никогда не пойдешь в лес, с тобой никогда ничего не случится, и твоя жизнь так и не начнется.

Автор Тема: О практиках сновидения  (Прочитано 1151 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

СоняАвтор темы

  • Модератор своих тем
  • *****
  • Согласие +26/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 762
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 84
  • - Вас поблагодарили: 310
    • Форум Аримойя
Re: О практиках сновидения
« Ответ #30 : 09 Апрель 2019, 06:11:14 »

ВХОЖДЕНИЕ В СНОВИДЕНИЕ ЧЕРЕЗ СЕМАНТИЧЕСКИЙ ВАКУУМ

Семантический вакуум - состояние, являющееся результатом многочисленных и разнообразных неделаний, начиная с остановки внутреннего диалога и заканчивая наиболее экзотическими играми с восприятием либо смысловой/оценочной конфигурацией тонального реагирования. Поэтому справедливым выводом оказывается практическое предписание нагуализма, которое можно свести к формуле «Чем больше вы занимаетесь не-деланием наяву, тем больше развиваете свои способности к толтекскому сновидению».
Семантический вакуум снимает смыслы и границы, делает равнозначными внутренние и внешние поля, устраняет категории и различения, опираясь на которые внимание выстраивает системы предпочтений, определяющих характер и объект перцептивной активности. В результате бессознательное теряет присущую ему привлекательность, а внимание, поддерживающее осознанность, свободно «рассматривает» все сигналы, доступные опыту.

Иногда внимание, обогащенное опытом «пустоты», приводит нас в самую настоящую пустоту сновидения - мы имеем активное внимание, ясную осознанность, но ни одного образа, ни одного сюжета, и, соответственно, теряем всякую способность совершать действия (хоть галлюцинаторные, хоть реальные). Сновидящего подобная ситуация разочаровывает, ибо потенции его восприятия, разбуженного с таким трудом, не находят себе применения в этом безвидном и бескачественном поле. Как-то «глупо» провести половину ночи в месте, где ничего не происходит, где нет никаких содержаний, отдельностей, а лишь невербализуемое чувство единства, о котором тональ вспоминает в чувственных категориях как о чем-то вроде «прохлады» и «неясного света».
На самом деле разочарование здесь неуместно, поскольку это весьма ценный опыт - он знакомит нас с той позицией, откуда начинается подлинное толтекское сновидение.


ПЕРЦЕПТИВНОЕ НЕ-ДЕЛАНИЕ
Для сновидящего, помимо остановки внутреннего диалога, важнейшим средством достижения семантического вакуума является перцептивное не-делание. Если практика безупречности и сталкинга сосредоточена на не-делании ментальном, эмоциональном, не-делании автоматизмов и реагирования и иных привычек, то не-делание сновидящего, в основном, посвящено восприятию.

МЕТОДЫ ПЕРЦЕПТИВНОГО НЕ-ДЕЛАНИЯ

Не-делание сновидящего - это соприкосновение с реальными сенсорными сигналами вне схем, моделей и матриц.
Прежде всего, практик должен обратить внимание на «фон» - на ту область воспринимаемого, которая ничем не замечательна и, соответственно, по законам тонального описания не должна попадать в фокус нашего внимания. (Вспомните: не-делание - это работа с вниманием!) Но сделать это не так просто, как кажется. Обычно мы следуем перцептивному шаблону даже в ситуации искусственной привлеченности к «фону» - по причине высокой ригидности описания и схем распределения внимания. Поэтому не всегда понятно, как выяснить, следуете вы «шаблону» делания или ушли от него.

Приведу простой пример. Допустим, вы никогда раньше не обращали внимание на то, какую причудливую форму образуют блики на поверхности вазы, стоящей где-нибудь в углу. Будет ли неделанием созерцание этих прежде не замечаемых бликов? Совсем необязательно. Если у вас в голове не исчезает символ «вазы» и понятие «блики», то в лучшем случае ваше созерцание будет подобно йогической тратаке (концентрации взгляда на выбранной точке зрительного поля).

Фокус не-делания заключается в том, чтобы «забыть», какой объект мы созерцаем. Что он означает? Где тут «ваза» и где «блики»? Ведь на самом деле перед нами просто совокупность светлых и темных пятен и точек, спроецированных на сетчатку глаза. У этих пятен нет значения, нет семантики, пока мы не включим опознавательный механизм тоналя. Любой успешный акт не-делания приближает нас к загадочному «семантическому вакууму» на расстояние вытянутой руки.

Опытные практики, уловив суть упражнения, вообще не нуждаются в каких-то «объектах» периферийного поля внимания или специальных условиях. Иначе и быть не может! Разве нуждаемся мы в особых условиях или объектах восприятия для делания, которым занимаемся непрерывно? Тогда почему вокруг не-делания столько шума?

Тем не менее искусство не-делания хранит в себе массу секретов и тонкостей. Часть из них открывается в результате многолетней тренировки каждому практику.
He-делание как метод растождествления с «описанием мира» начинает работать лишь в том случае, когда в качестве основной точки приложения «не-делающей» силы используется элемент, по-настоящему Погруженный в картину опыта (допустим, визуального). Более того, интересующие нас эффекты возникают по мере того, как изначальный элемент картины, подвергаемый не-деланию, начинает вовлекать в свое поле окружающее пространство.

Помните пример с вазой? Если практик вошел в правильное состояние и продолжает его развивать, то «лавина» не-делания поглощает вазу, потом - стол, на котором она стоит, окно, из которого льется свет, создавший те самые «блики». И так происходит, пока не будет исчерпана центральная область зрительного поля. Дальше - периферия, которая и без особых упражнений пребывает в состоянии крайне низкой «сделанности».

Когда центр и периферия сливаются, вся наша энергетика (психическая, нейрофизиологическая, соматическая) перестраивается. Энергообменные процессы во многом теряют свою определенность, локальность, все смещается, многие организованности превращаются в однородность, система координат тоналя настолько отодвигается, что держится лишь неуверенным воспоминанием. Возросший тонус на фоне высшей степени перцептивной неопределенности может заставить нас легко вообразить себя чем-то вроде шаровой молнии - свободной и насыщенной энергией сферой.
В этот момент смещение точки сборки случается естественным образом, если вам знакомо это намерение и вы знаете, на что именно направить «не-делающее» внимание. Однако хочу сразу сказать: как только точка сборки сместится и зафиксируется в новой позиции, практик выйдет из состояния неделания. Ибо в новой позиции наше тело должно адаптироваться, а единственная приемлемая для тоналя адаптация к среде осуществляется при помощи делания.

He-делание - то состояние, которое в абсолютном своем проявлении прекращает память, внутренний диалог, самосознание. Его функция - смещать точку сборки за счет избавления от привычных организованностей и связей, за счет образования дистанции между активным вниманием и данным ему сенсорным материалом.
Разумеется, практику необходимо сначала попасть с пространство сновидения, сделать его осознанным, и усилить (преобразовать) свое сновидческое восприятие так, чтобы перейти из внимания сновидения во второе внимание.
Записан
Не важно, что написано. Важно - как понято.

СоняАвтор темы

  • Модератор своих тем
  • *****
  • Согласие +26/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 762
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 84
  • - Вас поблагодарили: 310
    • Форум Аримойя
Re: О практиках сновидения
« Ответ #31 : 18 Май 2019, 10:58:02 »

В соответствии с существующими модальностями восприятия, неделание (как и делание) может быть визуальным, аудиалъным, кинестетическим, проприоцептивным и смешанным.
Визуальное не-делание осуществляется проще всего. Это связано с исключительной плотностью информационного потока, получаемого человеком через зрение, высокой степенью его дискретности и множеством качественных и иных характеристик, образующих богатое поле «сделанных» связей между ними.

Если говорить обобщенно, визуальное не-делание пользуется двумя приемами («зацепками» для внимания): а) слиянием дискретных элементов, б) нестандартным разделением их. И первое, и второе может выражать себя в великом множестве вариаций. Следует иметь в виду, что по отдельности эти приемы недостаточно эффективны: ими надо пользоваться либо поочередно, либо одновременно. «Слияние» дискретов воспринимаемого поля в чистом виде ведет к пассивизации тоналя и на фоне хорошего бодрствующего тонуса вызывает нирваноподобное состояние - погруженность в бессмысленное созерцание. Достаточно небольшого утомления, и созерцатель легко соскальзывает в привычное забвение, мало чем отличное от самонавеянного сна.
Сновидящий нуждается в третьем типе не-делания, где слияние и разделение работают совместно. Рассмотрим самые простые процедуры, на которых основывается визуальное не-делание.

1. «Плоскость». Как известно, сетчатка человеческого глаза является внутренней поверхностью дна глазного яблока. Иными словами, это - плоскость (если игнорировать ее нормальную кривизну). Не надо быть физиологом, чтобы понять очевидное - любая картинка проецируется на эту условную «плоскость», и только специальное «делание» превращает плоское изображение в объемное. Где именно возникает объем, физиолог не знает, а нейрологические и психологические модели до сих пор остаются гипотезами.
Это «делание» гораздо сложнее, чем может показаться. Это отнюдь не только и не столько оптический эффект, вызванный совмещением изображений, поступающих из двух глаз одновременно. И в этом легко убедиться. Попробуйте закрыть один глаз - визуальное поле не утратит объемность, как следовало ожидать. Лишь в непривычных («не-узнаваемых») ситуациях одноглазый человек совершает ошибки, оценивая пространственную перспективу. «Объем» видимого создается сложным взаимодействием гештальтов и интерпретацией этих взаимодействий. Это и есть делание.

Попробуйте восстановить реальную плоскость воображаемого зрительного объема. Используйте любую пару предметов, поставив их на разное расстояние от глаз. Один - близко, другой - далеко. И уберите «перспективу». Как правило, экспериментатор почти мгновенно сталкивается с внутренним сопротивлением неясной природы. Следуя стереотипу, он пытается напрягать зрение, разводить (сводить) глазные оси, щурится или, наоборот, раскрывает глаза как можно шире. Но все безуспешно: далекое остается далеким, близкое - близким. И только перешагнув через некоторый барьер, испытатель одним скачком вдруг попадает в «плоское место».

Забавно, что мы далеко не всегда понимаем, почему упражнение удалось. Ведь процессу не-делания нет места в инвентаризационном списке тоналя (процессу делания тоже, он сливается с продуктом делания и сам по себе не осознается). Что же случилось? Мы на мгновение «забыли» семантику созерцаемых объектов (ваза, часы, лампа, чашка и т. д.), а вместе с семантикой объекта утратили смысл его границы, разделившие объект и фон, расстояние и т. д. Удивительная, хоть и очевидная вещь! Пространство, перспектива существует вместе со значением воспринимаемого предмета (явления, процесса). Психология давно зафиксировала эту любопытную закономерность: ошибки в восприятии перспективы (в оценке расстояния) чаще всего происходят именно тогда, когда мы неверно идентифицируем наблюдаемый объект. Достаточно принять круглый фонарь за луну, и ваше восприятие мгновенно «помещает» его на небосвод, т. е. удаляет на огромное расстояние от наблюдателя. И наоборот - если вы вдруг решили, что луна - это фонарь, источник света чудесным образом приближается.

Как видите, не-делание (как и делание) - интегральное явление. Крайне трудно не-делать только избранный аспект описания мира (расстояние, цвет, форму, яркость и т. д.). Согласованность тональных интерпретаций всегда стремится исчерпать все поле опыта. Вот почему любое не-делание ведет практика к переживанию семантического вакуума - чаще всего, локальным образом, в малых объемах и фрагментах опыта, но этого достаточно для проникновения осознания в Реальность.
О механизме этого процесса можно рассуждать долго и подробно, но в данном случае важно лишь одно
- навык дистанцирования от семантики восприятия становится частью опыта осознания 99 % организованной перцепции - чистое «делание», опирающееся на собственные мысли, воспоминания, мечты, желания и фантазию. Задача сновидящего нагуалиста -разоблачить эти 99 % и вплотную заняться «остатком».

2. «Перспектива». Операциональный смысл этой процедуры не-делания прямо противоположен предыдущему. Здесь наблюдатель создает объем там, где его тональ привычно делает плоскость.
перцептивное не-делание всегда есть результат преодоление рефлекса. Подлинное не-делание осуществляется при помощи одного-единственного инструмента - внимания. Этот инструмент должен проявить свою силу в противостоянии автоматическим паттернам и гештальтам, навязчивым шаблонам, прилагаемым к данному нам материалу восприятия.
Лучше всего работать с сенсорными сигналами, которые тональ не рассматривает как условность, не с картиной или фотографией, а с объектами, чья семантика неоспорима. Замечательный пример такого объекта - тени. Тени -безусловно плоские фигуры, но при этом их отбрасывают объемные тела, и в этом уже заключен неявный семантический парадокс для тоналя. Кроме того, тени не имеют самостоятельного смысла, пребывают на периферии описания и в нормальной ситуации никогда не становятся предметом исследующего внимания для воспринимающего аппарата. Таким образом, созерцание теней вызывает целый комплекс когнитивных диссонансов, что усиливает эффективность не-делания.

Но есть и другие объекты, вполне подходящие для этой работы. Трещины на поверхности скалы, естественные узоры, блики и пятна на плоскости, - словом, любые неоднородности, которые автоматически воспринимаются как нечто, по природе своей не имеющее объема.
Если практик уже имеет опыт перцептивного не-делания, он может использовать даже условные изображения - картину, фотографию и т. п. Вообще, когда навык сформирован, зацепкой для не-делающего усилия становится любой пучок сенсорных сигналов.
Допустим, вы выбираете для созерцания трещину в стене. Вы знаете, что трещина неразрывно связана со стеной, что это деталь предъявленного восприятию объекта. Это знание заставляет вас видеть ее так, как положено по законам описания. Однако, если вы забудете, что трещина - это трещина, на какой-то миг она превратится в перцептивную неопределенность.

Удивительно, как много черт и аспектов открывает восприниматель в простой трещине, когда замечает паузу в потоке интерпретации! Интересно, что искусство не-делания даже не требует специально создавать эту паузу. Помните, как работает внимание? Оно пульсирует - каждые несколько секунд останавливается, что повторить сборку. Этот момент и есть лазейка для не-делания. Здесь мы всегда имеем поле выбора: собрать восприятие, опираясь на имеющийся образец, или пересобрать по-новому. Таким образом, задача не-делания сводится к тому, чтобы выследить это мгновение и сосредоточиться на каком-то из аспектов воспринимаемого, автоматически рассматриваемых тоналем в качестве неважных, второстепенных.

Чтобы не-делание не переросло в моделирование самовнушенных иллюзий, практик должен избегать любых предварительных заготовок. Это распространенная ошибка. Например, сновидящий бросает взгляд на узор из теней или какое-нибудь пятно и говорит себе: «О! Это похоже на... (человеческое лицо, уходящую вдаль дорогу, лошадь, самолет, змею и т. д. и т. п.)!» После чего созерцатель изо всех сил пытается удержать почудившийся образ, сделать его более выпуклым, высмотреть в нем новые детали. Если моделирующее восприятие приводит практикующего на грань галлюцинации, он считает, что добился успеха в не-делании.

На самом деле подобные развлечения никак нельзя назвать не-деланием. Любое воображение, опирающееся на идею, ведет нас в царство делания, где концепт опять побеждает реальность. Практик может возразить, сославшись на то, что моделирование образов в любом случае постоянно сопровождает эту перцептивную технику. Действительно, стоит сосредоточиться на паузе интерпретаций, и через несколько секунд мы получаем пересобранный пучок, являющийся для тоналя альтернативным образом. Трещина превращается в «дорогу, уходящую в даль», тени - в «арку» или «ворота», и т. д. Ведь именно благодаря таким превращениям плоские формы и обретают глубину, перспективу.

Отличие не-делания от моделирующего воображения заключается в спонтанности. Дело в том, что настоящее не-делание есть забвение данного нам описания мира. Добившись такого забвения, мы попадаем в сферу неожиданного и неожидаемого; новый вариант сборки - это открытие, которое всегда изумляет, всегда провоцирует кратковременный перцептивный шок: «А я к не догадывался, что тени могут так выглядеть!» Подобный переворот осознания - свидетельство того, что какое-то время перцептивный аппарат пребывал в состоянии настоящего неделания и поэтому перешел к тому типу образной продукции, который в нормальном состоянии вообще не используется.
Записан
Не важно, что написано. Важно - как понято.

СоняАвтор темы

  • Модератор своих тем
  • *****
  • Согласие +26/-0
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Женский
  • Сообщений: 762
  • СПАСИБО:
  • - Вы поблагодарили: 84
  • - Вас поблагодарили: 310
    • Форум Аримойя
Re: О практиках сновидения
« Ответ #32 : 14 Ноябрь 2019, 17:08:21 »

мы можем использовать дар произвольного внимания и превратить звук в фон, а тишину сделать фигурой, структурой, значимым содержанием. Тогда возникнет непривычное переживание, напоминающее то, что испытывает практик, впервые восприняв тени в качестве самостоятельных объектов. Тишина становится осмысленной. Она выходит на первый план, и изумленный тональ замирает.

Для кинестетической сферы этот принцип работает, с одной стороны, как игра с наличием и отсутствием осязательных впечатлений, с другой - как игра со схемой тела. Например, мы можем взять любой участок поля, где кинестетическая перцепция отсутствует, и сделать его объектом сосредоточенного кинестетического внимания. Самые известные примеры такого не-делания -концентрация на избранных областях энергетического тела, где кинестетика не собирается просто потому, что согласно описанию там «ничего нет», - точка перед грудью, область над макушкой головы, за спиной, перед животом и т. д.

Единственный способ не-делания схемы тела (помимо глубокой релаксации и сенсорной депривации) -это отказ от неявно присутствующей семантики кинестетического ощущения. Попробуйте почувствовать себя как поле, не имеющее формы. Пусть ощущения утратят пространственные координаты - ведь координаты, по сути, определяют значение кинестетического сигнала. Спроецируйте всё на условную плоскость, где нет ни головы, рук и ног, живота и спины.
Это задача на устранение пространственного воображения, располагающего осязательные импульсы по существующей в вашем сознании фигуре, - задача настолько необычная, что в случае успеха вызывает сдвиг точки сборки почти мгновенно.


ЗОНЫ КОНЦЕНТРАЦИИ

Зонами концентрации я называю области энергетического тела, которые удобно использовать в качестве объектов для делающего или не-делающего внимания, чтобы вызвать сдвиг точки сборки во внимание сновидения и во второе внимание. Вот они:
(1) Макушка головы
(2) Центр черепа (3) Межбровье
(4) Горловой центр
(5) Солнечное сплетение
(6) Центр пупа
(7) Промежность
(8 ) Поверхность энергетического тела

Важно понимать, что зоны концентрации не ограничены точкой на поверхности кожи (не говоря уж о том, что есть зоны, целиком расположенные внутри физического тела). Это всегда некий канал внимания, одновременно углубленный в тело и проецируемый наружу. В некоторых случаях вы на практике убедитесь, что эффективнее подниматься над точкой или концентрировать внимание под ней, в тканях или костях. Что же касается целиком внутренних зон концентрации, то, помимо центра черепа, можно использовать а) нижнюю часть желудка, б) область в центре брюшной полости непосредственно на уровне пупа, в) основание шеи (там, где иногда возникает ощущение от глотательных движений).
Активизация зон (1), (2) и (3) практически всегда ведет к верхнему типу выхода в сновидение. (Поэтому, собственно говоря, я и назвал его «верхним» - мы имеем довольно ясное чувство, будто фиксация внимания на макушке головы, центре черепа и межбровье непосредственно поднимают точку сборки и там выводят ее за границы кокона.)
Область макушки для меня всегда была предпочтительным проходом в мир сновидения. Точка сборки, насколько мне известно, «тянется» туда, где пребывает ваше внимание в состоянии не-делания и остановки внутреннего диалога.

Координаты тоналя в этом состоянии размыты (а на 4-м уровне ОВД полностью разрушены), так что естественно, что наша целостность начинает искать позицию для новой сборки. Зона нетонального, но сосредоточенного внимания (т. е. того типа внимания, который не приводит к внутреннему диалогу и деланию привычного описания мира) воспринимается телом как область такой сборки. Точка сборки редко попадает прямо туда, она лишь улавливает активность энергообмена вокруг избранной области, - активность, сходную с той, что имеет место при стандартной сборке пучков эманации. Вот почему возникает область притяжения.

По мере усиления осознания объем и плотность энергетических полей, окружающих движущуюся точку сборки, неминуемо возрастает, что приводит к развитию «тела второго внимания»,. Это «верхний» путь.

Вернемся к макушке головы, которая, безусловно, является важнейшей зоной концентрации.
Концентрируясь на этой зоне, лучше всего почувствовать «конус», вершина которого расположена над темечком. Следуя вниманием за воображаемыми линиями, сходящимися в области нашего сосредоточения, мы выполняем делание и не-делание одновременно. Это связано с тем, что паттерн сходящегося пучка (конуса) действительно является организованностью, присущей нашему восприятию. Здесь ничего не надо визуализировать. Более того, регулярное не-делание схемы физического тела безо всякого специального намерения демонстрирует практику, что его внимание, собирая сенсорные сигналы, естественным образом конструирует конусообразные формации. Мы просто не замечаем этого, когда заняты автоматическим деланием мира яви. Точно так же мы можем работать с любой зоной концентрации.

На этом фоне релаксация и приостановка внутреннего диалога приподнимают точку сборки, постепенно уводя ее из той области, где возможно восприятие привычного нам мира. Когда включается внимание сновидения, тональ пытается построить образ тела из смещенной позиции. Можно сказать, это зародыш тела сновидения.

ПРОЦЕДУРЫ ВХОЖДЕНИЯ В СНОВИДЕНИЕ

Все известные мне процедуры повторяют набор обязательных компонентов:
(1) расслабление
(2) ритмическое дыхание
(3) остановка внутреннего диалога Различие в процедурах начинается на (4) этапе - не-делании. Общие методы тренировки в не-делании приведены в этой главе. С их помощью приобретается опыт наяву. Кроме того, приемы аудиального и кинестетического не-делания сами по себе способны привести в сновидение.
зоны концентрации также активно используются. Специфика каждой из этих зон обусловливает характер конкретного смещения точки сборки и последующие перцептивные феномены. В большинстве случаев даже использование зон фронтальной пластины (горловой центр, солнечное сплетение, центр пупа) ведут к самопроизвольному выходу точки сборки через верхнюю часть кокона. Вы узнаете о том, что это произошло, благодаря специфическому ощущению «разделения» тел. Восприятие этого процесса не обязано быть однозначным (выход «через макушку»). Сновидец может чувствовать, что его второе тело проворачивается вокруг своей оси внутри физического тела и выходит наружу, может как бы «проваливаться» назад, за спину или проходить вперед - сквозь грудь и живот. Все это - лишь трансляции одного и того же энергетического действия. Сам факт ощущения разделяющихся тел указывает на то, что точка сборки собирает восприятие по «верхнему» шаблону.
Ибо в чем суть верхнего типа сборки? В том, что сенсорный массив собирается, как бы продолжая мир первого внимания. Сновидец осознает себя во внимании сновидения, воспринимает тело сновидения, «выходит» из тела физического и отправляется странствовать.

Прямой сдвиг точки сборки - это перенос осознания в другую позицию вне этой, навязанной первым вниманием, последовательности. В каком-то смысле его трансляция более адекватна. Ведь в Реальности ничто не «отделяется» и не «выходит». Осознание происходит единомоментно, тело сновидения уже там, оно не подчиняется пространственным условностям тоналя.
в обоих случаях проникновение осознания в сновидение происходит через особую переходную фазу. Дон Хуан называл ее «прохождением первых врат сновидения».
Но сначала надо подробно рассмотреть метод прямого сдвига точки сборки. Этот психотехнический прием обладает уникальными свойствами. Он не только приводит к вниманию сновидения, но и ускоряет активизацию энергетического тела, приближая тем самым практика ко второму вниманию.

Я исчезаю светом и пеной, телом без плоти; мир - это ветер, это лишь воздух на перелете.

Предварительные условия, которые необходимы для осуществления прямого сдвига, ничем не отличаются от уже описанных выше. Сновидящий должен произвести максимальную релаксацию тела и сосредоточиться на остановке внутреннего диалога. Идеальным состоянием является сочетание полной расслабленности мышц и тканей, чтобы ослабить или даже остановить восприятие схемы тела, на фоне высокого тонуса сознания, что выражается в бдительности и сосредоточенности внимания.

На продвинутых этапах практики сновидец может добиться этого состояния не только лежа. Если вы способны утратить чувство тела и остановить внутренний диалог, сидя в кресле или устроившись в постели так, чтобы голова и плечи опирались на вертикальную плоскость (например, прислонившись к стене), возникает сильный диссонанс между позой и состоянием осознания. Это помогает поддерживать парадоксальное состояние пассивности и одновременной алертности, чтобы сдвинуть точку сборки.
Записан
Не важно, что написано. Важно - как понято.
 

Страница сгенерирована за 0.282 секунд. Запросов: 32.